«Чувствую, что продаю свою душу». Взгляд изнутри кризиса «Ювентуса» – Juveleggria
Juveleggria

Авторский блог о туринском Ювентусе

«Чувствую, что продаю свою душу». Взгляд изнутри кризиса «Ювентуса»

Серия финансовых скандалов потрясла самый гламурный клуб Италии. Но являются ли проблемы в «Ювентусе» симптомами более глубокого гниения мирового футбола? Ответы попытался найти журналист The Guardian Тобиас Джонс.

Текст в формате аудио

Anchor | Youtube | Яндекс.Подкасты | Google.Podcasts | Apple.Podcasts | Podster

20 января этого года итальянская футбольная федерация шокировала болельщиков всего мира, сняв в середине сезона 15 очков со своего самого знакового клуба, «Ювентуса». Клуб неожиданно опустился на семь мест в таблице Серии А. Его обвинили в завышении стоимости игроков в трансферных сделках и, в отдельном случае, во лжи акционерам. Итальянская футбольная федерация (FIGC) обвинила «Ювентус» в «неоднократном нарушении принципов лояльности».

В стране, известной своим провинциализмом, «Ювентус» − уникальная национальная команда. Базирующаяся в северном городе Турине, она насчитывает около 8 млн болельщиков, что намного больше, чем у ближайших соперников − «Милана» и «Интера». Но после неоднократных скандалов клуб также стал символом упадка итальянского футбола.

В центре нынешнего кризиса клуба оказалась серия подозрительных трансферных сделок. В 2021 году регулирующий орган, контролирующий итальянский футбол, выразил обеспокоенность FIGC по поводу 62 трансферов игроков между итальянскими и зарубежными клубами, 42 из которых касались «Ювентуса». Клуб обвиняют в том, что он полагался на систему, при которой два клуба обменивались игроками на абсолютно одинаковую сумму и волшебным образом улучшали свои балансы, не тратя при этом никаких денег. Стоимость обмениваемых игроков якобы завышалась обеими сторонами сделки, чтобы показать «plusvalenze» или прирост капитала (прибыль от продажи актива).

Снятие очков, которое «Ювентус» немедленно оспорил, стало лишь последним кризисом, поразившим клуб. Двумя месяцами ранее весь совет директоров, включая президента Андреа Аньелли и бывшего игрока Павела Недведа, подал в отставку, поскольку против них были выдвинуты уголовные обвинения. В настоящее время в отношении «Ювентуса» ведутся два дела: одно − под надзором спортивной магистратуры, касающееся прироста капитала, другое − уголовное дело, в котором «Ювентус» обвиняется в подаче ложной бухгалтерии, манипулировании рынком, препятствовании инспекторам и мошенничестве с финансовой отчетностью.

Между тем, надвигается более масштабная проблема. В 2022 году доходы «Ювентуса» упали на 8%, а операционные расходы выросли на 7,6%. За последние пять лет клуб попросил акционеров о денежных вливаниях в размере 700 млн евро (619 млн фунтов стерлингов), чтобы покрыть убытки в размере 612,9 млн евро. «Это похоже на выгребную яму, − сказал мне Джованни Коболли Джильи − председатель совета директоров «Ювентуса» с 2006 по 2009 год. − Была постоянная погоня за доходами, в то время как следовало бы ограничить непропорциональные и бессмысленные расходы».

Скандал с плюсваленцой был связан не только с «Ювентусом». Переход Виктора Осимхена, звезды Серии А этого сезона, из «Лилля» в «Наполи» за 70 млн евро также погряз в спорах: четыре второстепенных игрока «Наполи», обмененные на Осимхена, предположительно были сильно переоценены на 19,8 млн. евро, чтобы компенсировать затраты. И хотя «Ювентус» был не единственным клубом, который передвигал игроков, как шахматные фигуры, только в целях бухгалтерского учета, обвинения, если они будут доказаны, покажут, что клуб поднял эту практику на новый уровень. Один из руководителей «Ювентуса», записанный следователями, изучающими мутные финансы клуба, сказал: «Я чувствую себя так, словно продаю свою душу».

В 1980-х и 90-х годах Серия А была самой богатой и гламурной лигой в мире, где игроки получали самые высокие зарплаты, а болельщики наслаждались лучшим футболом. Теперь она стала бедным родственником других крупных европейских лиг, а многие клубы погрузились в зыбучие пески долгов. Согласно последнему отчету FIGC, накопленные долги итальянского футбола в настоящее время составляют 5,3 млрд. евро.

В середине апреля 15-очковое наказание «Ювентуса» было отменено до повторного рассмотрения дела, и клуб вернулся на третье место в таблице. Но это решение лишь усилило ощущение того, что Серия А − это скрипучий продукт, где положение самого известного клуба лиги зависит от юридических, а не спортивных результатов. Скандалы с «Ювентусом» − это окно не только в более широкие кризисы итальянского футбола, но и в гниение в самом сердце спорта.

Для итальянцев «Ювентус» издавна ассоциируется как с аристократическим шиком, так и с репутацией мошенника. Он был основан в 1897 году группой богачей из Турина, которые дали клубу его причудливое латинское название (означающее «молодежь») и форму, состоящую из розовых рубашек с черными галстуками-бабочками. Клуб считался командой высших классов, в то время как рабочие, как правило, поддерживали другой городской клуб − «Торино». Этот образ закрепился, когда в 1923 году «Ювентус» приобрел Джованни Аньелли, бизнесмен, сделавший состояние на вооружении, авиации, судоходстве, производстве шарикоподшипников, текстиле, цементе, стали и розничных магазинах. К тому времени «Ювентус» сменил розовые футболки на свои знаковые вертикальные черно-белые полосы: между текстильной промышленностью Ноттингема и Турина существовали связи, и когда игроки написали письмо с просьбой заказать новую форму из Англии, они получили форму «Ноттс Каунти» с черно-белыми полосами.

На протяжении последнего столетия история «Ювентуса» была также историей Аньелли. Их часто описывали как итальянскую версию клана Кеннеди: королевская семья в республике, чье имя вызывает в памяти мистику и трагедию. Эдоардо Аньелли, которого Джованни назначил президентом «Юве», погиб в авиакатастрофе в 1935 году; его жена − мать его семерых детей − погибла в автокатастрофе в 1945 году. Один из сыновей супругов умер в психиатрической клинике в 1965 году; внук умер от рака в возрасте 33 лет, другой покончил с собой в 2000 году.

Была и романтика, и успех. Джанни Аньелли, внук Джованни, стал председателем совета директоров «Ювентуса» в 1947 году; журнал Vanity Fair назвал его «крестным отцом стиля» и «международным плейбоем», который общался с принцем Монако Ренье, Эрролом Флинном и Ритой Хейворт. У него также был роман с невесткой Уинстона Черчилля Памелой. Компания семьи, Fiat, доминировала в промышленном ландшафте послевоенной Италии, и те, кто поддерживал «Ювентус», чувствовали, что их коснулась золотая пыль космополитов Аньелли. Это была команда не только боссов, но и тех, кто стремился быть похожим на них.

Для недоброжелателей неофициальный девиз клуба подытоживает его сомнительный менталитет: «Победа не важна, она единственное, что имеет значение». Этот девиз был придуман Джампьеро Бониперти, бывшим игроком «Юве», который впоследствии стал президентом. В период с 1946 по 1961 год Бониперти забил 178 голов за «Ювентус», но из-за общеитальянского лимита на зарплату его жалованье не отражало его истинной ценности. Чтобы обойти ограничения, Джанни Аньелли предложил Бониперти, сыну фермеров, давать по корове за каждый забитый им гол. Однажды фермер, продававший коров Аньелли, позвонил ему, чтобы пожаловаться: Бониперти всегда выбирал корову, у которой был теленок. Типичный «Ювентус».

Было много других кризисов и скандалов. В 2004 году клубный врач был признан виновным в том, что в конце 1990-х годов, когда клуб добился впечатляющего успеха, поставлял игрокам препараты, повышающие работоспособность (приговор был отменен по апелляции). В 2006 году стало известно, что «Ювентус» был зачинщиком системы влияния на судей, в которой участвовали несколько ведущих команд (скандал, известный как Кальчополи). Клуб был понижен в Серию Б. Десять лет спустя самоубийство сотрудника по связям с болельщиками клуба Чиччо Буччи привело к расследованию, в ходе которого выяснилось, что «Ювентус» поставлял билеты болельщикам с «непростым характером», или ультрас, несмотря на их связи с организованной преступностью.

Италия разделена на тех, кто считает «Ювентус» заклятым мошенником, и тех, кто считает, что клуб всегда выделяется обиженными и предвзятыми судьями. Как пишет Херби Сайкс в своей книге «Юве!» «Итальянский футбол по сути своей бинарен, поэтому есть версия «Ювентуса» и версия «анти-Ювентуса». Дискуссия была точно подытожена обменом мнениями, который я подслушал в баре в январе, в день, когда было объявлено о снятии очков.

«Виноват не только «Ювентус», − сказал один из болельщиков, имея в виду скандал с plusvalenze.

«Не только», − ответил его друг. − Но всегда «Ювентус».

После скандала с Кальчополи в 2006 году «Ювентус» вновь вернулся в Серию А. В мае 2010 года Андреа Аньелли, внук Эдоардо, стал президентом и постепенно вернул клуб на вершину итальянского футбола. Ключом к возрождению клуба стало решение Аньелли нанять Беппе Маротту на должность генерального и спортивного директора. Маротта пришел в клуб после работы в небольших клубах Серии А, где он завоевал репутацию блестящего специалиста на трансферном рынке и в управлении межличностной динамикой раздевалки, на которой строятся успешные команды. Вскоре после этого Антонио Конте стал тренером, и под его руководством, а затем под руководством Макса Аллегри, последовали спортивные триумфы. Начиная с сезона-2011-12, «Ювентус» девять раз подряд выигрывал Серию А.

В финансовом плане Аньелли оказался еще более успешным. В 2011 году был открыт новый стадион, а права на его название были проданы за 75 млн евро еще до начала строительства, в 2008 году. (В 2017 году права на имя были снова проданы немецкому финансовому гиганту Allianz). Аньелли считал, что клуб может привлечь новые источники дохода, если он переосмыслит себя как бренд стиля жизни, фирменным знаком которого станет буква J. Рядом со стадионом клуб построил J|Museum, J|Medical и начал дальнейшее развитие в рамках  J-Village Property Fund, который контролировал J|Hotel, J|Training Center, базу и так далее. В 2012 году Jeep стал самым важным спонсором клуба. В 2017 году клуб представил новый логотип: две черные линии на белом фоне, образующие стилизованную букву J. В те бурные годы супермаркеты, школьные площадки и спортивные центры были полны J-тапочек, J-рюкзаков и J-шорт.

Аньелли также был растущей политической силой в европейском футболе. В 2017 году он стал президентом Европейской ассоциации клубов, организации, представляющей 234 клуба-члена по всему континенту. Помимо прочего, ECA (Эй Си Эй) вела постоянные переговоры с UEFA, руководящим органом европейского футбола, чтобы выбить больше денег для клубов, участвующих в Лиге чемпионов. Когда Аньелли общался со своим коллегой из УЕФА, словенцем Александром Чефериным, между ними завязалась дружба. Они стали настолько близки, что Аньелли попросил Чеферина быть крестным отцом на крещении его дочери в Ватикане.

Но летом 2018 года Аньелли принял решение, которое будет иметь катастрофические последствия для финансов его клуба. В апреле «Ювентус» проиграл дома в Лиге чемпионов «Мадриду». Криштиану Роналду забил два гола, один из которых был выполнен ударом через себя, настолько гравитационным, что ему аплодировал весь стадион. В 2015 и 2017 годах «Юве» выходил в финал Лиги чемпионов, и Аньелли был нацелен на победу. Он решил, что единственный способ − это привести Роналду в «Ювентус». Он убедил себя, что инвестирование 116 млн евро в покупку Роналду имеет как спортивный, так и финансовый смысл. Маротта, ответственный за трансферную политику клуба, был категорически не согласен. Он опасался выхода зарплат из-под контроля и боялся, что властный характер Роналду нарушит динамику в раздевалке. Аньелли добился своего. В июле 2018 года Роналду перешел в «Ювентус», а через несколько месяцев Маротта покинул команду.

Время, проведенное Роналду в «Ювентусе», не было неудачным: он забил 101 гол в 134 играх, дважды выиграл Серию А. Но Лига чемпионов оставалась недостижимой, а финансовые последствия для клуба были катастрофическими. «Это была огромная ошибка, – сказал мне Коболли Джильи. − Пример того, как система одурманивается деньгами в погоне за спортивными результатами, которые всегда зависят от случая».

«Это был эффект раздвижных дверей (термин, который означает, казалось бы, несущественные моменты, которые, тем не менее, меняют траекторию будущих событий), − говорит один из руководителей итальянского футбольного клуба, попросивший не называть его имени. − Инфляционный эффект на заработную плату». Полная зарплата Роналду обходилась «Ювентусу» в 54,24 млн. евро в год, что превысило весь фонд заработной платы многих небольших клубов Серии А, где игроки зарабатывают 1-2 млн. евро в год. Эффект оказался именно таким, как предсказывал Маротта. Согласно отчету Deloitte, доля доходов «Юве», расходуемая на заработную плату, увеличилась с 66% в 2018 году до 84% в 2022 году. Другая оценка, сделанная влиятельным футбольно-финансовым сайтом Swiss Ramble, предполагает, что, по разным подсчетам, это соотношение сейчас достигает 92%.

«Самая большая проблема в футбольных финансах, − говорит Роджер Митчелл, основатель профессиональной футбольной лиги Шотландии, а ныне консультант по спортивным брендам в Италии, − Это не верхняя строка, а строка расходов, зарплаты игроков. А 92% − это как минимум на 20% выше, чем должно быть».

Поскольку доходы клуба колеблются в зависимости от результатов и квалификации в таких прибыльных соревнованиях, как Лига чемпионов, столь высокий фонд заработной платы был очевидным заложником фортуны. А когда пришла пандемия, «Ювентус» оказался особенно уязвим.

«Пандемия стала трагедией для всех, − сказал мне Алессио Секко, бывший спортивный директор «Ювентуса». − Но для тех, кто немного баловался с судьбой, она создала огромные трудности».

В ноябре 2018 года пост спортивного директора клуба занял протеже Маротты. Фабио Паратичи был странствующим игроком низших лиг, начинал в молодежной команде «Пьяченцы» и в итоге выступал за 12 различных клубов. Он был человеком, который пережил все невзгоды. В 1994 году в автокатастрофе он получил травмы, угрожающие его карьере, но восстановился и продолжал играть еще десять лет.

Но только после завершения игровой карьеры футбольная карьера Паратичи пошла в гору. Удача повернулась к нему лицом в 2004 году, когда Маротта назначил его главным скаутом «Сампдории». Окружив себя десятками телевизоров, которые показывали игры со всего мира, Паратичи создал молодежную команду, которая выиграла три трофея в сезоне-2007/08: молодежное Скудетто, Кубок Италии и Суперкубок. В 2010 году он вместе с Мароттой перешел в «Ювентус», а когда его наставник ушел в 2018 году, Паратичи стал очевидным преемником. «Он был очень харизматичным, − сказал мне один из инсайдеров «Ювентуса», − Очень общительным. Он был веселым парнем, все время улыбался. Видно было, что он наслаждался светской жизнью, был частью глиттерати (известных людей), окруженный красивыми женщинами».

Хорошие времена закончились весной 2020 года, когда удар нанес коронавирус. В период с 9 марта 2020 года по 20 июня в Серии А не было ни одного матча, что означало отсутствие доходов от продажи билетов. Что еще хуже с финансовой точки зрения, вещательные компании начали требовать пересмотра условий телевизионных сделок или скидок. Поскольку зарплаты «Ювентуса» теперь поглощали большую часть сокращающихся доходов клуба, Паратичи попросил игроков сократить зарплаты. 28 марта 2020 года «Ювентус» официально объявил, что его игроки отказались от четырехмесячной зарплаты, что означает экономию для компании, котирующейся на бирже, около 90 млн евро. Но до того, как было сделано объявление, клуб и его капитан Джорджо Кьеллини тайно подписали соглашение, согласно которому клуб обещал полностью выплатить три из этих четырех месяцев в будущем. В двуязычном сообщении в WhatsApp-чате игроков Кьеллини объяснил своим коллегам этот трюк с дымом и зеркалами: «Ювентус» выпустит пресс-релиз, в котором будет сказано, что мы отказываемся от четырехмесячной зарплаты, чтобы помочь клубу, я повторяю, чтобы в прессе сообщалось только это… По законодательным причинам, связанным с фондовым рынком… вас просят не говорить в интервью о деталях этого [частного] соглашения».

Когда коронавирус создал дыру в счетах «Ювентуса», Паратичи начал систематически использовать обмен игроков для увеличения доходов клуба, фактически не получая никаких денег, − бухгалтерская техника, называемая plusvalenze incrociate (обмененный или перекрестный прирост капитала). Эта система работала, потому что, как и в случае с современным искусством, точную стоимость футболиста определить очень сложно. Если два клуба могли договориться о продаже друг другу игроков, которые официально, по балансу, стоили 1 млн евро за сумму в 10 раз больше (за 10 млн евро), каждый из них мог зафиксировать прирост капитала в размере 9 млн евро и добавить в свои документы новый актив стоимостью 10 млн евро. Возможно, это было сомнительно, но не противозаконно: кто мог сказать, что молодой игрок не вырос в цене в десять раз? В конце концов, рынок постоянно недооценивает новых игроков.

Plusvalenze не было чем-то новым − это была обычная практика во всем итальянском футболе и до ковида. В своей книге Il Calcio del Futuro («Футбол будущего») Карло Диана, бывший менеджер по маркетингу «Ювентуса», пишет, что итальянский футбол был «близок к объявлению банкротства», и описывает, как индустрия «годами поддерживала себя только благодаря plusvalenze». Давление, направленное на маскировку убытков за счет раздувания прибыли, казалось, исходило с самого верха: в электронном письме Паратичи и другим коллегам 22 февраля 2020 года Андреа Аньелли призвал своих сотрудников «сдерживать убытки» с помощью «корректирующих действий».

Но после кризиса коронавируса Паратичи начал непрерывно обменивать игроков с другими клубами за якобы завышенные суммы. В трансферное окно лета 2020 года боснийский полузащитник Миралем Пьянич перешел из «Ювентуса» в «Барселону» за 60 млн евро, а бразильский полузащитник Артур Мело − за 72 млн евро. Обе цифры, похоже, сильно завышают стоимость игроков. Такие сделки, а их было немало, казались беспроигрышными. Как сказал Паратичи в прослушанном телефонном разговоре с генеральным директором «Пизы» в сентябре 2021 года: «Если все пойдет хорошо, денег хватит на всех». Эта практика настолько укоренилась, что в прослушиваемых разговорах директора «Ювентуса» стали спрашивать совета у своих аудиторов о том, как сбить с толку инспекторов на национальной итальянской фондовой бирже.

Часто казалось, что эти трансферы не имеют никакого отношения к футболу. В некоторых случаях «Ювентус» обвиняют в том, что он сам определил требуемую сумму прироста капитала и только потом выбрал игрока, подходящего под эту сумму. По словам первоначального решения FIGC, «Ювентус» «систематически планировал реализацию прибыли от капитала независимо от личности объекта обмена, часто обозначая его простым «X» вместо имени игрока «Ювентуса», которого нужно было продать». В решении суда также зафиксировано удивление тем, что почти все в клубе, по-видимому, знали об этой практике.

В мае 2021 года прокурор Турина начал секретное расследование − известное как «Призма» − в отношении финансов клуба. В ходе расследования выяснилось, что у «Ювентуса» были нераскрытые долги перед различными клубами, игроками и агентами. Один из руководителей клуба признался следователям: «Есть долг в размере 7 млн евро перед «Аталантой», который никогда не вносился в баланс». Один агент был должен 400 000 евро. Долги клуба перед игроками, которым задолжали зарплату за несколько месяцев, стали формой «кредитной кабалы», когда деньги, которые были должны, могли быть использованы в качестве стимула для того, чтобы остаться в клубе, а невыплаченная зарплата переписывалась как «бонус за лояльность». Был обнаружен секретный документ, в котором Паратичи в июле 2021 года выписал Роналду долговую расписку на сумму 19,9 млн евро на очередной раунд секретных выплат зарплаты в сезоне-2020-21.

В ответ на список вопросов, заданных «Ювентусу» для этой статьи, клуб заявил, что взять интервью у Аньелли не представляется возможным, и прислал ссылки на свои пресс-релизы по этим вопросам. В пресс-релизе от 12 апреля 2023 года «Ювентус» заявил, что «компания считает, что она правильно применила соответствующие международные стандарты бухгалтерского учета и действовала в полном соответствии с принципом честной игры».

К 2021 году стало ясно, что «Ювентус» с трудом держится на плаву. В течение многих лет клуб пользовался дешевыми кредитами, поскольку процентные ставки были близки к нулю, но по мере роста инфляции и стоимости займов обремененный долгами клуб оказывался во все более затруднительном положении. По мнению Аньелли, можно было быстро решить проблему: если «Ювентус» и другие европейские так называемые суперклубы смогут создать Суперлигу, то доходы не только увеличатся, но и будут гарантированы. Вместо захватывающей опасности квалификации Лиги чемпионов, в предполагаемой европейской Суперлиге 12 членов-учредителей, включая шесть из Англии: «Ливерпуль», «Тоттенхэм Хотспур», «Манчестер Сити», «Манчестер Юнайтед», «Арсенал» и «Челси» − никогда не будут исключены. Благодаря кредиту в размере 3,5 млрд. евро от JP Morgan, который должен был быть распределен между клубами, этот план мгновенно снял бы проблемы с денежными потоками «Юве».

Новости о Суперлиге появились в апреле 2021 года, и это быстро стало PR-катастрофой для Аньелли, «Ювентуса» и практически всех остальных участников. Из-за секретности плана он казался коварным, а закрытый характер соревнований, хотя и с шестью дополнительными местами, разыгрываемыми каждый год, заставлял клубы выглядеть высокомерными. «Когда вы что-то меняете в спорте, − говорит Роджер Митчелл. − Главное − это смирение. Вы должны сказать, что уважаете прошлое и так далее. Но в случае с Суперлигой общение было ужасным».

Поскольку предложенная Суперлига должна была покончить с культовым соревнованием УЕФА − Лигой чемпионов, это было прямое нападение на УЕФА − и Чеферин чувствовал себя лично уязвленным предательством своего друга. На спешно организованной пресс-конференции в апреле 2021 года Чеферин осудил «позорное, корыстное предложение» и рассказал о «жадности, эгоизме и самовлюбленности» клубов. Он сравнил Аньелли со «змеей» и, позднее, с «вампиром».

Очень публичная размолвка между УЕФА и Суперлигой стала личной битвой между их соответствующими фигурами, Чеферином и Аньелли. Первый был воспитан в скромной обстановке в Словении. Тонкий стратег, Чеферин легко обходил Аньелли, в совершенстве играя роль простого человека. «Мы не позволим им отнять у нас футбол», − говорил он, поощряя протесты болельщиков по всему континенту. В отличие от него, Аньелли выглядел привилегированным и элитарным. «Он выглядел как ребенок из трастового фонда», − говорит Митчелл.

В течение нескольких дней после полуночного запуска бренд Суперлиги стал токсичным. Колеблющиеся клубы − «ПСЖ» и «Бавария» − поддержали УЕФА, а английские клубы начали поспешно выходить из игры и извиняться перед своими болельщиками. В течение многих лет Аньелли излучал ауру аристократического профессионализма, но теперь он выглядел некомпетентным. Нарисованное баллончиком граффити в Риме, на котором он наносит удар ножом и сдувает футбольный мяч, получило широкое распространение в социальных сетях: для критиков он был человеком, который хотел убить спорт.

Для тех, кто работал в «Ювентусе», фиаско в Суперлиге не стало сюрпризом. По словам различных источников, которые говорили со мной на условиях анонимности, рабочее место всегда было дисфункциональным. «Аньелли считает себя мечтателем, − сказал мне один из бывших руководителей. − Но он социопат. Полный, помешанный на контроле».

С перспективой получения денег от Суперлиги Аньелли отчаянно пытался найти способы получения дохода. В сентябре 2021 года он устроил обед для боссов FIGC, Серии А и различных других клубов, пытаясь убедить их создать медиакомпанию, которая будет заниматься правами на трансляцию Серии А. «Я надеюсь, что из этого что-то выйдет, − признался он после встречи в прослушиваемом разговоре генеральному директору «Аталанты», − Иначе я не знаю, что делать… мы медленно идем к краху». Вскоре после этого клуб был вынужден обратиться к акционерам для рекапитализации: уже запросив денежные вливания в размере 298 млн евро в декабре 2019 года, в декабре 2021 года они привлекли еще 400 млн евро от акционеров.

Внутри клуба также росло недовольство по поводу plusvalenze. Следователи записали, как один из руководителей сказал: «Клянусь, у меня бывали вечера, когда я возвращался домой, и мне становилось плохо от одной мысли об этом». Практика покупки и продажи игроков исключительно по бухгалтерским соображениям сказывалась и на команде. Главный тренер команды, Макс Аллегри, был в ярости от непрекращающейся текучки: «Прошлогодние трансферы были связаны только с plusvalenze, поэтому это был хреновый рынок», − жаловался он в прослушиваемом разговоре.

«С Фабио [Паратичи] нет никаких споров, − сказал один из руководителей коллеге на другой записи. − Пока там был Маротта, он мог спустить его на тормозах, но как только он ушел, Фабио получил карт-бланш. Он мог проснуться утром и подписать контракт на 20 миллионов евро, и никто ничего ему не говорил». Паратичи, который отказался от интервью для этой статьи, в итоге в мае 2021 года покинул «Ювентус».

В ноябре прошлого года сразу после отставки Аньелли «Ювентус» объявил, что пересмотрел свои счета, признав, что недооценил убытки за 2020-21 год на 21 млн евро, в результате чего его официальные убытки составили 226,8 млн евро. «Финансовая отчетность «Ювентуса», − написала FIGC в своем решении против клуба в январе, − Просто не является надежной».

Аньелли был отстранен от участия в итальянском футболе на два года; Паратичи, человек, оказавшийся в центре скандала, был отстранен на два с половиной года. ФИФА, руководящий орган мирового футбола, с тех пор распространила этот запрет на весь мир. (Проиграв апелляцию в начале этого месяца, Паратичи ушел в отставку с поста управляющего директора по футболу в «Тоттенхэм Хотспур» − клубе, в который он пришел летом 2021 года). «Ювентус» заявил, что компания «верит, что сможет продемонстрировать правильность своего поведения» на повторном судебном процессе по делу plusvalenze, который состоится в конце мая.

Вероятности, что «Ювентус» разорится, нет: 63,8% его акций принадлежат финансовому гиганту Exor, которым владеет семья Аньелли и чистая прибыль которого в 2022 году составила 6,2 млрд. евро. Однако в ближайшие месяцы кризис, скорее всего, станет еще более острым. Следующее слушание по уголовному делу состоится 10 мая, и УЕФА также может вмешаться, имея право наложить эмбарго на трансферы, финансовые штрафы или даже исключение из соревнований под своей эгидой.

Те, кто защищают «Ювентус», отмечают, что он подвергается гораздо более пристальному вниманию не только потому, что является самым известным клубом страны, но и потому, что, будучи одной из двух публично зарегистрированных компаний в Серии А (вторая − «Лацио»), он подчиняется другим правилам и подвергается повышенному контролю. «Это настоящее обременение − работать в клубе, акции которого торгуются на бирже, − сказал Секко.  − Все остальные футбольные клубы, которые не являются публичными компаниями, имеют большую свободу действий и большое преимущество по сравнению с теми, которые являются таковыми». Большинство наблюдателей считают неизбежным, что в ближайшие месяцы «Ювентус» будет исключен из списка ценных бумаг, чтобы избежать подобных ограничений и обременений; но выкуп всех остальных акций, вероятно, будет чрезвычайно дорогостоящей операцией для Exor.

В феврале жалующиеся на предвзятость болельщики «Ювентуса» получили дополнительный боеприпас, когда появились кадры 2019 года, на которых Чиро Санторелло, ставший впоследствии одним из следователей Призмы, шутит, что он болельщик «Наполи», который «ненавидит «Ювентус». «Если система хочет свалить главного героя, она всегда может устроить скандал, − устало сказал мне Карло Диана, бывший менеджер по маркетингу «Ювентуса».

Многие инсайдеры «Ювентуса» считают, что Андреа Аньелли, хотя он и дал неправильные ответы, на самом деле задавал правильный вопрос: как итальянский футбол может увеличить доходы, чтобы вновь стать конкурентоспособным? Кризис «Юве» обнажает финансовое положение, в котором сейчас находится большинство итальянских футбольных клубов. Существует порочный круг низких инвестиций, что затрудняет привлечение и удержание лучших игроков, что делает невозможным продажу медиаправ по самым высоким ценам, что означает низкие инвестиции, и так до бесконечности. «Продукт выглядит просто ужасно, − говорит Митчелл. − Стадионы ужасны, пустые трибуны выглядят ужасно, футбол на две передачи медленнее, чем в Испании или Англии». Закон, ограничивающий продажу прав на трансляции краткосрочными сделками, означает, что у инвесторов нет стимула для долгосрочного развития продукта.

Крах продаж телевизионных прав привел многие итальянские клубы на грань банкротства. В цикле 2021-24 гг. иностранные права на Серию А были проданы за $658 млн (£529 млн) по сравнению с $6,55 млрд (в период 2022-25 гг.) АПЛ или €4,48 млрд (в период 2018-24 гг.) Ла Лиги. Поскольку текущие доходы от зарубежных медиаправ сейчас настолько низки, клубы Серии А рассматривают возможность продажи доли будущих доходов инвесторам. В июне 2022 года «Барселона», еще один клуб, втянутый в гонку расходов и имеющий долг в размере 1,1 млрд евро, продала 25% телевизионных прав клуба до 2047 года инвестиционной компании.

Футбольные финансовые эксперты в ужасе от такой перспективы, сравнивая этот шаг с получением второй ипотеки. «Это всегда деньги сегодня, стулья завтра», − говорит Митчелл. Как и многие другие, он использует язык зависимости, чтобы описать отчаянные поиски клубами денег. «Эти сделки, – написал он недавно на сайте своей консалтинговой компании, − Все равно что дать наркоману 10 мешков денег с просьбой пойти и получить горячую еду. Вы знаете, что произойдет на самом деле». Вместо того чтобы инвестировать в инфраструктуру, в бесконечном стремлении к спортивному успеху деньги пойдут на игроков и агентов.

Секко, бывший спортивный директор «Ювентуса», указывает на тонкие, почти антропологические причины нынешнего кризиса: «Футбол в Италии, − говорит он, − Всегда был праздником, чем-то, что позволяло уйти от реалий жизни. Футбол был вне всяких оговорок для других видов деятельности, он никогда не подвергался бухгалтерской отчетности. Это даже не был бизнес. Сделки до сих пор заключаются в отеле или ресторане, и это часть той общительности, которая присуща итальянцам». До недавнего времени футбольные команды в Италии были сознательно не похожи на бизнес: это были убыточные клубы, субсидируемые местным предпринимателем или, в случае «Ювентуса», глобальным предпринимателем.

Кризис «Ювентуса» иллюстрирует непростые и эволюционирующие отношения между спортом и финансами. Когда-то было принципиально, что весь спорт был любительским, «скорее коринфским, чем капиталистическим», как говорит Митчелл. Именно то, что делало спорт привлекательным − его смехотворное презрение к мирским заботам, его смакование риска, неопределенности и неожиданных побед − сделало его непривлекательным для инвесторов, требующих предсказуемых доходов. Традиционная европейская модель, воплощенная Аньелли, была аристократической щедростью: когда победа в чемпионате была «единственным, что имеет значение», никого не волновало, сколько денег они потеряли. Наиболее близкая интерпретация падения Андреа Аньелли заключается в том, что, несмотря на все свои усилия, он остался любителем в спорте, который сегодня населен профессионалами. Менее щедрая трактовка заключается в том, что, подобно расточительному аристократу, он так и не научился кроить пальто по своему сукну, а когда он осознал масштаб проблемы, с которой столкнулся, его решения лишь привели его клуб в трясину.

Тобиас Джонс для The Guardian

Juveleggria

Один комментарий к “«Чувствую, что продаю свою душу». Взгляд изнутри кризиса «Ювентуса»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *